Термезский Археологический Клондайк или Прикосновение к истории

Если измерить всю территорию Термеза от Тармиты-Тарамаэззы ( «Поселение по ту сторону реки»)  до  наших  дней, то город  лежит в огромном пространстве  между Сурхандарьей и Амударьей. Погибая, разоряясь и возрождаясь, этот город перемещался с места на место, оставив нам огромные культурные слои, являясь для археологов  беспрерывной  сменой времен. Есть восточные города,  похожие на гибкие лозы, которые можно согнуть, но не сломать, а если сломать, то все равно молодые  новые побеги зацветут по весне. В отличие от других исторических призраков  — Карфагена, Вавилона, Персеполя, Микен, Фив и многих и многих  они благополучно  живут и по сей день.

Сейчас современный Термез расположен в самом центре Древней  Бактрии, на берегу древнего Окса, реки  Амударьи, и сердцем его  истории является Термезский Археологический музей, который открылся в 2002 году, в честь юбилея – 2500  лет со дня первого упоминания этого славного города в летописях.  А сколько веков «до»?

Считайте сами – находки, которые выставлены в музее  датируются от 100 тыс. лет до нашей эры. 27 000  экспонатов размещены в хронологическом порядке, от эпохи до эпохи, в девяти залах с очень интересным  дизайном – каждый зал начинает стилизованный  портал,  экспонаты находятся в стеклянных кубах и витринах, ненавязчиво и грамотно подсвеченные со всех сторон небольшими светильниками. Самые маленькие экспонаты снабжены лупами, в каждом зале есть трехмерные макеты-реконструкции памятников, которые помогают оценить все величие древних построек.

 

 

 

 

В музее проводятся экскурсии на пяти языках, и посещение музея превращается в увлекательное путешествие в глубь веков.

 

Вначале вы попадаете в каменный век, в Сурханский оазис, в пещеру  Тешикташ. Самая древняя стоянка неадертальцев,  со знаменитым  «Тешикташским мальчиком», облик которого реконструировали по останкам. Древний человечек смотрит на нас строго и неулыбчиво – жизнь в каменном веке была сложной. Каменные резцы, скребла, клинки для  обработки шкур, дерева, камня, охотничьи принадлежности, примитивные луки и стрелы найденные в пещерах Байсунтау и Кугитанга говорят нам о том, что древние люди промышляли охотой и одомашнивали животных.

Затем вы попадаете в эпоху бронзы, в начало  расцвета Древней Бактрии , которая расположилась по обеим сторонам  реки, благословленной  речным богом Оахшо, по которым струилась благодать Заратуштры до самого Хорезма. Вы попадаете в древние города, населенные искусными ремесленниками, умеющими делать медные зеркала, украшения, косметику, и прекрасные статуэтки-идолы, удивляющие до сих пор своей тонкой художественной работой. Столица Бактрии – древний Балх была  названа арабами «Мать городов»,  этим названием они подчеркнули   древность  этой  территории, по сути – колыбели цивилизации. Между двумя берегами  налаживается переправа и расцветает  торговля и обмен культурными ценностями. Трудолюбивые  бактрийцы  осваивают  земледелие,  орошение земель, рыболовство и являются  самодостаточным народом.

 

 

А дальше процветающая  Бактрия содрогнулась от железных македонцев, которых привел Искандер  Зулькарнайн, Александр Македонский. Но тут он встретил достойный отпор — бактрийцы  защищались до последнего. Где хитростью, где силой, где обманом он начал покорение  среднеазиатских земель. Завоеванный город он назвал незатейливо —  Александрия на Оксе,  рассчитывая , что восточный город станет опорой его Империи. Он выстроил форт, который позднее превратился в город,  в бактрийскую и индийскую культуры влилась блестящая эллинийская, — о чем свидетельствуют терракотовые  изящные статуэтки из мрамора и кости. Появилась первая безупречная чеканка монет. После смерти Македонского край пришел в упадок, стал   лакомым куском для набегов кочевников. Термез был разрушен,  затем вновь возрожден под именем Антиохия – царское имя, которое говорит об огромном значении города для Селевкидов.

 

 

И, вот,  на смену греко-бактрийской культуре и религии пришел буддизм, в лице Кушанов-юэчжи, пересекших «великую реку Гуй-шуй»  и обосновавшихся на этой земле. Правители чеканили монету по образцу тетрадрахм Гелиокла, и эти монетки можно видеть в музее. Выросли религиозные центры,  развалины которых мы можем наблюдать  благодаря археологам, —  Каратепа, Фаязтепа, Дальверзинтепа и многие другие тепа, — буддийские храмы , с наземными и подземными сооружениями,  поражающие воображение. Развиваются ремесла, особенно керамическое – мастера украшают свои творения орнаментом, налепами, лощением, штампами. В Тармите  появляется даже  квартал керамистов. Быстрыми темпами развивалось ткачество, каменотесное дело,  изготовление  ножей из  железа и бронзы. Города зашумели базарами,  расцвела торговля с Индией, Амударья связала Сурхан с Хорезмом и Парфией.  Позиции буддийской общины были довольно весомыми, к буддизму приобщались все более широкие слои населения.  Вернулась  религия предков – зороастризм,  осталось поклонение древнегреческим божествам…

 

 

 

 

 

Средневековье принесло в Древнюю Бактрию ислам,  — началось строительство культовых сооружений, ханак, мавзолеев, медресе, караван-сараев. Греко-бактрийские скульптуры подверглись уничтожению, как когда то фигурки Анахиты, у которых отбивали головки и уродовали лицо.  Но  активно используется жженый кирпич, развивается архитектура, орнаменталистика.  Термез до Чингисхана – большой портовый город, который ведет бурную торговлю  и вверх и вниз по реке.

 

 

 

После  десяти дней ожесточенного противостояния Чингизхану Термез исчез с лица земли. За мужественное сопротивление врагу  он удостоился звания «город мужей».

 

Но вскоре на  пепелище был заложен первый кирпич, который дал начало новой жизни древнего города, и через короткое время он стал столь  огромным и величественным, что наш старый знакомый —  посол Рюи Гонсалес де Клавихо, приехавший с дипломатической  миссией,  был раздражен его размерами. Он все ехал и ехал к месту своего пребывания,  и конца не было площадям, многолюдным  улицам и шумным базарам…

В Термезском Археологическом вас ждет увлекательнейшая экскурсия, работает сайт на четырех языках. Но лучше один раз увидеть, чем сто раз прочитать и посмотреть фотографии, которые весьма слабо отражают все великолепие музея…